Claire Silent Hall

«Ирония - непременная эстетическая составляющая творческого мышления» © Сальвадор Дали

Фотоработы

Сайты и логотипы

Читательский архив

Информация об авторе


Поэма «Озноб в позвоночнике»: Песочные часы

Copyright © Руслан Степанов, 1983 - 1988

«««    »»»

П О Ч Т И    Ч У Ж О Й

Я захлебнулся тобой, как проржавевшее ведро волной...
А где-то наверху прибой,
и море лижет берег свой,
почти чужой,
почти чужой,
почти чужой...

.  .  .  .  .  .

4.   П Е С О Ч Н Ы Е    Ч А С Ы

Я, совсем еще мальчик, стою на раскаленной солнцем груде черепков, как на костях младенцев. Смесь обиды и бессилия перерастает в ужас, от которого я потом еще долго не избавлюсь.
"Брак нужно уничтожать без жалости, иначе он заполонит всю землю - и ни чему не будет веры," - говорит гончар, разбивая неудавшийся кувшин.

Обескровленный, падаю в реку
беспредельной, холодной толпы.
И воронкой взвивается время,
увлекая нас, словно слепых.

Там в воронке, на дне
катастрофы планет,
в неначавшемся дне
умирает мой след,
ослепительный свет
озаряет на миг
лица тех, кто любил
этот рвущийся мир...

Три потопа зальют мою душу -
и обрушится в небо потоп,
три вулкана мой город разрушат,
дым и пепел накроют мне стол.

Или новорожденная каста
совершит свой бесшумный налет.
Я скончаюсь от дозы лекарства,
что подруга мне в вену вольет.

Успокойся - все кончится крахом,
не спасут ни комфорт, ни уют.
Мы уже умираем от рака.
- Прокляни принадлежность свою.

Алкогольный мутант,
откупорив портвейн,
будет с пеной у рта
мне наказывать: "Пей!"
И другая ступень -
полминуты спустя
оглянуться в толпе:
"Это ж чье-то дитя!"

И никто из узнавших заранее,
не помог ему выйти вон,
ради бабской слепой морали
нарушая спартанский закон.

Припадаю пред ним на колени,
разрываю на шее шнурок,
с силой опыта всех поколений
бессознательно жму на курок.

Сыплется мерный песок.
Здесь каждому - по стакану
этих песочных часов.
Сюда я, рождаясь, канул.

Это плохенький лазарет.
Неврастеники с психопатами
просыпаются на заре
и уходят в лесок с лопатами.

Я ж томлюсь у песочных часов
в ожидании конца процедуры.
Вот он - льется мгновений песок.
Столбик тает - смотреть аж дурно!

Струйка, стройная как скелет,
перекошена в мираже, и
в этом вывернутом стекле -
мое скользкое отражение.

Я в стеклянной банке, я под колпаком, я в тесном заколдованном кругу! Вокруг только песок, который катастрофически быстро уходит из-под ног. А там, в центре круга - зловещая воронка. И когда смотришь, как она отплевывается и чавкает, ощущаешь, как умирает время, проваливаясь в зазеркалье небытия.
С каждым мгновением песка остается все меньше и меньше. Я карабкаюсь к краю и прижимаюсь к стеклу, стараясь не смотреть вовнутрь. Меня охватывает ужас, и я бьюсь о прозрачную стенку, пытаясь разбить то, что еще никому не удавалось разбить. А там, за стеклом мир богат и огромен, но это всего лишь мираж.
Большой-и-сильный держит в руке мою жалкую обитель. Она для него - игрушка-перевертыш, вроде калейдоскопа, только гораздо бесцветнее. Все же он смотрит на меня - и в его глазах столько тоски и отчаяния! Наверное это я, такой, каким живу в своих мечтах. У меня страшная ностальгия, потому как я понял, что никогда не смогу воплотиться таким в реальности.
Я смотрю на свое бренное существование откуда-то со стороны, из вневременного пространства.

Жизнь играют в два такта. Не так ли?
Взлета такт и падения такт.
А у нашего чудо-спектакля
чересчур затянулся антракт.

- Отпусти! Все равно не удержишь.
Смой ресницы и чиркни вон свет.
До сих пор не пойму, зачем же
я прорвался на этот концерт.

Мне прикажут сейчас в роли Тигры
по-кошачьи за ушком чесать -
и сыграют в их тихие игры
отражения в песочных часах.

Их сплетает тончайшая струйка.
Но доколь ей осталось течь?
- Спи. Я не уберу свою руку -
это время им стоило свеч.

Очнувшись она скажет: "Какая противная склянка! Она портит всю романтику этого приюта." Пришлось смахнуть их за окно.

Падающее время!
Слышишь? Кричу тебе!
Слышишь - кричу зверея, -
как я устал терпеть?!

Как я в мечтах изжился,
как я не верю в риск?!...
Тикающую жилку
тихий ласкает крик.

Тикает беспризорный
водопроводный кран
ржавчиной по фарфору,
a la Бахчисарайский фонтан.

Нынешние мгновения
падают, как вода.
Ждущие откровения!
В будущем - ерунда.

В Будущем - те же лица,
те же смурные сны.
Но скованней веселиться
и даже не ждать весны.

Все также бездонно небо,
но только, срываясь вниз,
падающая в небыть,
жизни порвется нить.

Я выглянул из стекла
таким, каким должен быть я.
Беспомощность истекла
другой стороной событий.

Обязан себе по гроб.
Заслуг моих не измерить.
Я прятался в мире снов
и умер от страха смерти.

Толпа! Я любил вас всех.
Мы были несовместимы.
Любовь вызывает смех.
Толпой управляет стимул.

Я здесь превращусь в скота.
Ваш мир - это слет зубастых.
Но зная, что это так,
так хочется ошибаться!

Найдется пяток друзей.
Случается и такое.
Один будет всех умней
- и он меня успокоит:

"Мой друг, мой друг, не жди пощады
ни от своих, ни от чужих.
Лишь ты один один себе отрада
- Так будь доволен тем, что жив."

«««    »»»