Claire Silent Hall

«Ирония - непременная эстетическая составляющая творческого мышления» © Сальвадор Дали

Фотоработы

Сайты и логотипы

Читательский архив

Информация об авторе


Сыграть в любовь

Copyright © Виктор Апрелев, 27.10.2001

Мы ведь знаем, что в кино все «не по правде». Мы говорим «кино!», когда наблюдаем притворщика или когда события складываются слишком театрально или подозрительно удачно для кого-то. Но мы трепетно верим в любовь на экране. В то, что у Микки Рурка и Ким Бейсингер была страсть, как у их героев в картине «Девять с половиной недель», в то, что Вивьен Ли и Кларк Гейбл были влюблены друг в друга, как Скарлетт и Рэтт.

Да что любовь! Знаменитая американская актриса Сюзан Сарандон как-то сказала: «Публика думает, что актер и актриса спали вместе уже потому, что они снимались в одной картине». Это, конечно, смешно. Кино - одна сплошная фальсификация, и любовь там тоже фальшивая. Сплошь и рядом актеры, изображающие влюбленных, ненавидят друг друга, и уж почти всегда экранных любовников в жизни просто тошнит друг от друга. Кстати, Вивьен Ли тошнило от Кларка Гейбла в буквальном смысле - она не могла выносить его зловонного дыхания. Гейбл отвечал ей такой же «любовью« и называл «придурошной истеричкой»...

«Я звездее!»
Дело в том, что дуэт на площадке - это чаще всего соперничество и столкновение амбиций. Особенно когда партнеры еще не первой величины звезды и приблизительно в одной «весовой категории».

В начале девяностых взошла звезда Джулии Робертс - после «Красотки» критики говорили, что ее таланта и темперамента достаточно, чтобы «зажечь» любой сюжет, и что в паре с ней может играть кто угодно, потому что ее энергии и света хватит на двоих. Но не все так просто оказалось на съемках картины «Я люблю неприятности», где партнером Джулии стал известный артист Ник Нолт.

Ник Нолт и Джулия Робертс играют в этом фильме двух репортеров-конкурентов, которые отчаянно враждуют, но в итоге падают друг другу в объятья. Однако фильм, разрекламированный как романтическая комедия, выходил на экраны с жанровой пометой «триллер» - слишком жизнеподобно и ярко там выглядят сцены свирепой вражды и слишком неубедительна любовь героев. Еще бы: на съемках Ник и Джулия всячески выказывали друг другу неприязнь, и каждый стремился выйти «круче» и «звездее». В интервью после премьеры Джулия говорила, что они с Ником «заводили и подкалывали друг друга», чтобы получить нужную динамику, но раз она проговорилась, сказав, что Нолт «конечно, душка и очаровашка, но при этом он совершенно отвратительный тип». Говорят, Джулию особенно бесили мачистские замашки Нолта и его позерство в стиле «мистер крутой». Нолт же, видя это, изо всех сил старался злить и раздражать свою партнершу, делая все ей назло. На съемках было несколько громких скандалов, и в конце концов дошло даже до того, что актеров стали где только возможно заменять дублерами. В общем, если «динамика» и была, то не к пользе дела: фильм «Я люблю неприятности« оказался самой некассовой из комедий Джулии Робертс...

Не на шутку помотали друг другу нервы Ричард Гир и Дебра Уингер на съемках знаменитой романтической сказки «Офицер и джентльмен». Фильм, сделавший обоих артистов всемирными знаменитостями, имел огромный успех. Публика восхищалась сюжетом о любви морского офицера и девчонки с бумажного комбината, а критики наперебой восторгались предельно органичным изображением «переживаний», повторяя и повторяя расхожее выражение «созданы друг для друга». Лишь через несколько лет публика узнала, чего этот успех стоил артистам. Дебра Уингер рассказывала, что пережила колоссальный стресс, что Ричард Гир был «просто глухая стена, кирпичная стенка», что он объявлял свое мнение только криком или заносчивым брюзжанием. Выражалась она и посильнее, не раз называла Гира «холодным» и «рыбой». Мнение актрисы подтвердили многие участники съемочной группы. Да, говорили они, Ричард и впрямь был кирпичной стеной, но Дебра - часто добавляли тут же - была краном с чугунным шаром, которым рушат каменные стены... Газеты писали, что на съемках «Офицера и джентльмена» Гир капризничал и проявлял высокомерие оттого, что понял, что Дебра гораздо ярче и талантливее его и что дело идет к тому, что партнерша, способная «украсть» любую сцену, «украдет» и весь фильм. (Справедливости ради заметим, что имитация любви в «Офицере и джентльмене» все же получилась исключительно удачной, а Гир и Уингер составили один из самых ярких и интересных дуэтов в американском кино восьмидесятых.)

...В «Щепке» актеры Шарон Стоун и Билли Болдуин вложили в сцены бурного (сказать ли «буйного»?) сексуального общения столько темперамента, что зрителю не грех и обмануться - многие думают, что это сыграно на реальном влечении и вожделении. Между тем еще задолго до выхода ленты в Голливуде все только и говорили о том, насколько две молодые звезды ненавидят друг друга. И когда пришло время пресс-конференций, ни Билли, ни Шарон не разочаровали любителей скандалов. Первый рассказал, как его бесила помпезность Шарон и ее мишурный блеск - все эти отряды телохранителей, трейлеры с «системами жизнеобеспечения звезды» и дурацкие претензии. Вторая заявила, что к большинству товарищей по ремеслу относится хорошо, но только не к Билли, и это потому-де, что он, играя психопата, не выходил из образа - а вернее, выходить-то выходил, но что в образе, что вне образа равно оказывался психом и опасным типом...

Метод Карабаса
Бывает, впрочем, что войну специально провоцируют третьи лица - те, кому это выгодно, а выгодно это бывает в первую очередь режиссеру. Например, Гэри Олдман и Вайнона Райдер, сыгравшие главные роли в «Дракуле» Френсиса Форда Копполы, были знакомы и до встречи на съемочной площадке, у них были теплые сердечные отношения, которым совместная работа у Копполы положила конец. «На съемках они были дружны, общались, - рассказывал потом режиссер, - и вдруг в один прекрасный день перестали, каждый стал сам по себе. Никто из нас не знал, в чем там было дело». Коппола тут явно лукавит: хорошо осведомленные лица утверждают, что, добиваясь от Вайноны органичной и яркой игры, он кричал на нее и ругал «сучкой, шлюхой и стервой», а потом подстрекал ее изливать обиду и гнев не на кого-нибудь, а на партнера - Гэри Олдмана. Говорят, что однажды на площадке наблюдали такую сцену: доведенная режиссером до бешенства Вайнона обернулась к Копполе и спросила: «Вы правда разрешили мне все?» - и в следующий миг с визгом набросилась на Олдмана и принялась тузить его кулаками по чем попало...

Во многом похожая история имела место на съемках знаменитых «9 1/2 недель». Картину делали долго и мучительно - студия «Тристар» продала права на полуготовый продукт студии MGM, десять месяцев продолжался монтаж и перемонтаж... А публика в нетерпении судила и рядила: будет ли фильм столь шокирующим и порнографичным, как садомазохистский роман, по которому его ставили? Вправду ли постельные сцены столь откровенны, как говорят? И, наконец, в самом ли деле Бейсингер и Рурк так люто друг друга ненавидят, как то утверждает молва?

«Недели» вышли на экран, и, увидев все эти удивительные штуки и фокусы в постели и эти трогательные сцены вражды-любви и страдания, люди стали думать, что артисты ну просто не могут не быть пылкими любовниками, а на съемках, видно, просто пару раз поссорились из-за каких-нибудь пустяков...

А на деле любви на съемках не было ни грама. Ким Бейсингер говорит, что никогда не испытывала большего унижения и сильнейшего стресса, чем в «Неделях». Она с самого начала не хотела играть Лизу: «Мне очень не понравилась роль - хотя там было немало смешных моментов». Но Адриан Лайн (режиссер) предпочел Бейсингер Изабелле Росселлини, Терри Гарр, Кетлин Тернер и еще кое-кому. И, когда она отказалась, он тем больше захотел заполучить ее - это обещало напряженность и «нерв», и борьбу в полной мере. И Лайн, и Микки Рурк сознательно добивались напряжения и постоянной конфронтации на площадке - ведь снимали кино не просто про секс, но про покорение, подчинение (и где-то унижение) влюбленной женщины мужчиной, предметом ее любви. Ким и Микки с самого начала невзлюбили друг друга. Она говорила, что целоваться с Рурком - это как лизать пепельницу, он же громко заявлял, что предпочел бы партнершу «посексуальнее». Режиссеру оставалось лишь подливать масла в огонь. И он подливал изо всех сил. Например, просил Рурка не разговаривать с партнершей без крайней необходимости, объясняя это тем, что Ким «нужно провоцировать», иначе, мол, она не сможет сыграть как нужно. Лэйн говорил, что важно заставить актрису «погрузиться в сюжет по самую макушку, чтобы она нахлебалась сюжета до полного изнеможения». Один из продюсеров картины перед премьерой заявил прессменам, что съемки были «просто кошмар какие». Что ж, режиссер хотел атмосферы взаимной неприязни и напряженности, и он этого добился вполне. День за днем эта взаимная неприязнь артистов все углублялась, и, когда подошли к съемкам сцены самоубийства (в американском прокате вырезана), дело дошло до драки. Рурк сознательно довел до такого и первым применил насилие. Потом в газетах написали, что Адриан и Микки спровоцировали драку затем, что боялись, что у Ким не хватит драматического таланта играть такую острую и важную сцену в нормальном состоянии...

...Последнее слово в этой истории осталось за Ким Бейсингер - она наотрез отказалась участвовать в съемках продолжения, которого все так ждали и хотели. Партнершей Рурка в «Снова девять с половиной недель» стала Энджи Эверхарт.

Постылые...
И уж конечно страсти кипят, когда на экране встречаются в роли влюбленной пары бывшие любовники. В фильме «Рождение звезды» (версия 1976 года) главных героев сыграли Барбра Стрейзанд и Крис Кристофферсон - и это сотрудничество может служить классическим примером закадровой войны двух голливудских звезд.

За несколько лет до того у Барбры и Криса был непродолжительный роман, конец которому положил Крис. И вот они встретились на съемках, и между ними вспыхнула столь злая вражда, что они не сочли возможным скрывать ее от публики ни ради фильма, ни ради собственной репутации.

Барбру пригласили в картину первой, и она с самого начала стала диктовать условия, заявлять претензии на участие в постановке и редактировать сценарий. Она хотела взять на главную мужскую роль в фильме то Марлона Брандо, то Элвиса Пресли, то Мика Джаггера, то своего тогдашнего любовника Джона Питерса, который выступал одним из сопродюсеров.

Питерса пригласили на прослушивание, и, после того как он спел несколько фраз, стало ясно, что играть певца он не сможет. И тогда Питерс предложил себя в качестве режиссера картины. То, что в режиссерском кресле оказался настоящий возлюбленный Барбры, а рядом с ней на площадке - бывший, не привело ни к чему хорошему. После выхода фильма Крис Кристофферсон язвительно заявил репортерам: «Если бы у нас было оружие в руках, мы с Барброй просто убили бы друг друга. А все потому, что режиссер Питерс с первого дня съемок «ушел на обед» и так и не возвращался». В контенте В РАМКЕ:

...Перед концертом, устроенным по поводу премьеры фильма, 50 000 зрителей услышали через динамики перепалку между тремя главными участниками шоу. Кристофферсон кричал на Барбру:

- Не указывай мне, что делать! Ты говоришь одно, он (Питерс) - другое, кто у нас, б.., режиссер?!
- Нет, ты будешь слушать!!!
- Пошла ты...

Тут вмешался Питерс, который потребовал, чтобы Крис извинился перед его дамой, а уж после этого в эфире с минуту звучали только одни самые черные ругательства...


РЕКЛАМА: Ремонт телевизоров на дому от http://www.teledoka.ru/ - это возможность не пропустить ни одной любовной сцены Ваших любимых кинофильмов и сериалов.